Тор и Локи в городе гигантов

Все, кроме нескольких Жителей Асгарда, пришли на праздник, предложенный Эгиром Старым, гигантским морским царем. Там была королева Фригга, жена Одина, а так же Фрей и Фрея; Идуна, охранявшая Яблоки Молодости, и Браги, ее муж; Тир, великий фехтовальщик и Ньёрд, повелевающий морем, огнем и ветром; Скади, жена Ньёрда,  испытывающая жестокую ненависть к Локи; и Сиф, с золотыми волосами приобретенными благодаря озорному Локи, заказаных им у гномов взамен им же отрезанных у Сиф. Там же были Тор и Локи. Жители Асгарда, собравшиеся все вместе в зале Эгира, ожидая Одина.

Ну а пока, Один не пришел, Локи веселил компанию рассказами, которыми он подтрунивал над Тором.  Локи давно избавил свои губы, от ремешка, которым их сшил гном Брок. А Тор в свою очередь забыл о неправильном правлении после Одина и о том, как он поступил с Сиф. 

Дело в том, что Локи был с Тором в его странствиях через Йотюнхейм, и об этих странствиях он теперь излагал в насмешливых рассказах.

Он рассказал как Тор на колеснице медведя, запряженной двумя козлами, пересек Бифёрст, Радужный мост. Ни один из Эсиров или Ваниров не знал, в каком приключении Тор был побежден.  Локи последовал за Тором и они вместе путешествовали в медной колеснице, запряженной двумя козлами, которых звали Тангниостр («скрежещущий зубами») и Тангриснир («скрипящий зубами»). Локи рассказал о приключении, в котором Тор потерпел поражение. когда он отправился в Йотюнхейм, в Утгард, Город гигантов, попытать свои силы против Гигантов. Он не боялся чего-то, что могло случиться, потому что имел при себе Мьёлльнир, свой могучий молот. Мьёлльнир служил защитой от великанов и обладал многими волшебными свойствами: влиял на плодородие и смерть, мог возвращать к жизни животных, благословлял браки.

Их путь пролегал через Мидгард, Мир Людей. Однажды, когда они ехали, наступила ночь, они сильно были голодны и нуждались в приюте. Они увидели крестьянскую хижину, и направили свою колесницу к ней. Оставив козлов и стоящими в пустоте рядом с колесницей,  и двое, не похожие на Жителей  Асгарда, но, как мужчины, путешествующие по стране, постучали в дверь хижины и попросили еды и убежища.

У нас есть прибежище, сказали им крестьянин и его жена, но у нас нет еды, в этом месте было мало, что можно было бы съесть на ужин. Крестьянин показал им внутреннюю часть хижины: она была бедной и голой, и никому и нечего было дать.  Крестьянин сказал: что утром он спустится к реке и поймает рыбу на обед.

«Мы не можем ждать до утра, мы должны есть сейчас, - сказал Тор, - и я думаю, что я могу предложить хорошую еду для всех нас». Он подошел к тому месту, где его козлы стояли в дупле медного дерева рядом с колесницей, и, ударив их своим молотом, сделав их безжизненными на земле. Затем он разделал козлов и очень осторожно собрал их кости, оставил их на шкурах. Шкуры с костями он занес в дом, и оставил их в дыре над камином крестьянина.«Никто, - сказал он командным голосом, - не должен коснуться костей, которые я оставил здесь».

Затем он принес мясо в дом. Вскоре его приготовили и подали на столе. Крестьянин, его жена и его сын сидели рядом с Тором и Локи. Они не ели много дней, и теперь мужчина и женщина жадно утоляли свой аппетит.

Усына крестьянина было имя. Он был растущим парнем и имел аппетит, который довольно затруднительно было удовлетворить надолго. В то время когда мясо было на столе, отец и мать возложили на него обязанности прислуживать за столом, подносить воду, держать пылающую палочку, чтобы те, кто за столом, могли поесть. Ему не осталось много, когда он мог сесть, что бы поесть самому потому что у Тора и Локи были большие аппетиты, а отец и мать мальчика ели так, что бы наверстать упущенное. Так что Тьяльфи мало что досталось из этого обильного праздника.

Когда еда закончилась, они легли на скамейки. Тор, потому что совершил долгий путь в тот день, спал очень крепко. Тьяльфи тоже лег на скамью, но его мысли все еще были о пище. 

Глубокой ночью парень встал на скамейку и взял козьи шкуры, он достал кость, сломал ее и высосал костный мозг. Локи не спал и видел, как он это делал, но, наслаждаясь вредом, причиняемым парнем, не остановил его.

Тьяльфи положил кость, которую он сломал, в шкуру и обратно в отверстие над камином. Затем он заснул на скамейке.

Утром, как только они поднялись, первым, что сделал Тор, вынул шкуры и осторожно вытащил их в пустоту, где ранее оставил козлов. Он положил каждую козью шкуру с костями, по которым ударил своим молотом, и козлы появились живыми, рогами и копытами и все такое.

Но один был не таким, каким был раньше. Он хромал, что было плохо. Тор осмотрел ногу и выяснил, что одна кость сломана. В ужасном гневе он закричал на крестьянина, его жену и сына. «Кость этого козла была разбита под твоей крышей», - крикнул он.« я разрушу твой дом и оставлю тебя мертвыми под ним». Тьяльфи заплакал. Затем он вышел вперед и обвил колени Тора. «Я не знал, какой вред я причинил, - сказал он. «Я сломал кость».

Тор поднял свой молот, чтобы сокрушить его. Но он не мог оторвать плачущего мальчика от своих колен. Он снова опустил молот на землю. "Ты будешь

прислуживать мне за то, что искалечил моего козла », - сказал он.« Пойдем со мной ».

И поэтому парень Тьяльфи отправился с Тором и Локи. 

 

 Тор и Локи и парень Тьяльфи перешли из Мидгарда в Йотюнхейм. Из-за Мильнира, великого молота, который он носил, Тор чувствовал себя в безопасности в Царстве Гигантов. И Локи, который доверял своей хитрости, тоже чувствовал себя в безопасности. Парень Тиалфи так сильно доверял Тору, что тоже не боялся. Они долго путешествовали, и когда они путешествовали, Тор и Локи обучали Тьяльфи быть быстрым и сильным парнем.

Однажды они вышли на болото. Весь день ушел на то, что бы пересечь его, но ночью болото все еще простиралось далеко перед ними. Великий ветер дул, ночь опускалась, и они не видели никакого приюта рядом. Наконец в сумерках они увидели форму, которая своими очертаниями напоминала гору, и они пошли к ней, надеясь найти какое-то убежище в пещере.

Тут Локи заметил форму поменьше, Локи, Тор и пострел Тьяльви обсмотрели ее со всех боков. Да, определенно дом, только престранно устроенный. Через зияющий дверной проем виднелись огромные пустые сени, от которых расходились лучами пять длинных узких комнат.

– Чудное жилище, но лучшего нам сейчас не найти, – сказал Локи. – Мы с тобой, Тор, займем две самые длинные комнаты, а пострел Тьяльви займет маленькую.

Путники заняли свои спальни и расположились на покой. Но со стороны горы вдруг понеслись звуки, подобные стону лесов и грохоту водопадов. Спальни заходили ходуном. Ни Тор, ни Локи, ни пострел Тьяльви всю ночь не сомкнули глаз.

Утром они покинули дом с пятью комнатами и повернулись лицом к горе. Но то была вовсе не гора, а лежавший на земле великан. Как раз в этот миг он потянулся и сел.

– Эй, малыши, а малыши, – закричал он им, – вы, случаем, не проходили мимо моей перчатки? – Он встал и огляделся. – Ха, да вот она!

Тор, Локи и пострел Тьяльви не шелохнулись, пока великан двигался к ним, а он нагнулся, поднял пятикомнатное жилище, в котором они ночевали, и натянул себе на руку. Точно – перчатка!

Тор стиснул свой молот, а Локи и пострел Тьяльви спрятались за его спину. Но великан выглядел вполне добродушным.

– Куда топаете, малыши? – спросил он.

– В Утгард в Ётунхейме, – смело ответил Тор.

– A а, вот куда! – сказал великан. – Тогда потопали вместе, нам пока по пути. Зовите меня Скрюмир.

– Ты можешь накормить нас завтраком? – спросил Тор. Он говорил сердито, желая показать, что у него нет никаких оснований бояться великана.

– Могу, – сказал Скрюмир, – только я не хочу здесь задерживаться. Мы остановимся, как только у меня разыграется аппетит. А теперь пошли. Вот понеси ка мою суму. В ней моя провизия.

Он дал Тору свою суму. Тор вскинул ее на загорбок и сверху посадил Тьяльви. Великан шагал все вперед и вперед, и Тор с Локи едва поспевали за ним. Был уже полдень, когда он, по всей видимости, вознамерился сделать привал.

Свернув к огромному дереву, Скрюмир уселся под ним.

– Я вздремну перед едой, мои крохотульки, – проговорил он, – но вы можете развязать суму и угоститься.

Он растянулся на земле, и через несколько минут Тор, Локи и пострел Тьяльви услышали те же звуки, которые не давали им заснуть всю прошлую ночь, звуки, подобные стону лесов и грохоту водопадов. Это храпел Скрюмир.

Тор, Локи и пострел Тьяльви были сейчас слишком голодны, чтобы обращать внимание на эти громовые раскаты. Тор попытался развязать суму, но безуспешно. За дело взялся Локи, однако и он при всем своем хитроумии не сумел распутать узлы. Тогда Тор попробовал их разорвать, но даже у него не хватило на это силы, и он в ярости отбросил суму.

Храп Скрюмира становился все громче и громче. Тор в бешенстве вскочил, схватил Мьёлльнир и запустил им в спящего великана.

Молот ударил Скрюмира по голове. Но тот лишь заворочался во сне и пробормотал:

– Что это, уже начался листопад?

Он повернулся на другой бок и опять захрапел. Тор, не долго думая, опять метнул свой молот, целя великану в лоб, и не промахнулся. Великан открыл глаза.

– Что это, дуб роняет желуди? – спросил он.

И опять заснул. Однако на сей раз Тор, кипя гневом, встал с молотом в руках прямо над его головой. Размахнулся и саданул Скрюмира в самое темя. Более мощного удара Тор никогда не наносил.

– Теперь меня клюнула какая то пичуга – здесь просто невозможно спать, – сказал Скрюмир, садясь. – А вы что, малыши, еще не позавтракали? Киньте ка мне мою суму, я дам вам перекусить.

Пострел Тьяльви подал ему суму. Скрюмир открыл ее, вынул свои припасы и разделил между всеми. Тор отказался от своей доли, но Локи и пострел Тьяльви основательно подкрепились. Когда с трапезой покончили, Скрюмир поднялся и сказал:

– Пора отправляться в Утгард.

По дороге Скрюмир разговаривал с Локи:

– В Утгарде я всегда чувствую себя карликом. Видишь ли, я так мал и слаб по сравнению с теми, кто там живет. Но тебя и твоих друзей в Утгарде встретят с распростертыми объятиями. Вы будете для утгардцев живыми игрушками.

Вблизи Утгарда Скрюмир распрощался с попутчиками, и они вошли в великаний город. По улицам расхаживали одни великаны. Локи про себя отметил, что они вовсе не такие громадные, какими представил их Скрюмир.

 

Утгард был Асгардом великанов. Только в здешних зданиях не было и малой толики красоты божественных чертогов – Глядсхейма, Брейдаблика и Фенсалира. Они громоздились, словно гигантские бесформенные утесы или айсберги. О, дивный Асгард, увенчанный лазурным куполом! Асгард, обложенный облаками, подобными грудам бриллиантов! Асгард с его радужным мостом и сверкающими воротами! О, дивный Асгард, возможно ли в самом деле, чтобы эти неотесанные великаны однажды тебя уничтожили?

Тор, Локи и пострел Тьяльви отправились в палаты владыки Утгарда, зная – молот Тора обережет их даже здесь. Они прошли сквозь строй великанов охранников и приблизились к трону владыки.

– Мы знаем вас, Тор и Локи, – заговорил великаний владыка, – и нам известно, что Тор пришел в Утгард помериться силами с великанами. Бой состоится завтра. Сегодня соревнуются наши мальчики. Если твой юный слуга захочет посостязаться в проворстве с нашими юнцами, пусть примет участие в забеге.

Надо заметить, что Тьяльви был лучшим бегуном Мидгарда, да и во время путешествия с Тором и Локи постоянно упражнял ноги, а поэтому не боялся вступить в борьбу с утгардскими юношами.

Великаний владыка позвал одного из них, по имени Хуги, и поставил его в паре с Тьяльви. Они сорвались с места. Пятки Тьяльви так и замелькали. Локи и Тор с волнением следили за ним, потому что считали всякую победу над обитателями Утгарда полезной для себя. Однако они увидели, что Хуги далеко обогнал Тьяльви. Юноша великан домчался до меты, обогнул ее и вернулся прежде, чем Тьяльви достиг конца дорожки.

Тьяльви, недоумевая, как он мог проиграть, попросил позволения пробежать с Хуги еще раз. Они понеслись опять, и теперь Тору и Локи показалось, что Хуги вообще не сходил с места – так быстро он обернулся.

Потом владыка великанов и его друзья уселись вместе с Тором и Локи за стол в пиршественной зале.

– Завтра, – возгласил владыка, – состоится величайший бой, в котором ас Тор покажет свою силу. А доводилось ли вам в Асгарде слыхать о состязаниях едоков? Мы можем сейчас устроить такое состязание, если найдется достойный соперник нашему Логи. Он лучший едок в Ётунхейме.

– А я, – сказал Локи, – лучший едок в мире. Я принимаю вызов вашего Логи.

– Хорошо! – сказал великаний владыка. И все присутствующие великаны тоже сказали:

– Хорошо! Это будет впечатляющее зрелище!

И вот вдоль края длинного предлинного стола выстроился ряд глубоких блюд, доверху наполненных мясом. Локи начал уминать с одного конца, а Логи – с другого. Они сближались по мере того, как опустошали блюда. Локи опрокидывал в рот блюдо за блюдом, и Тор, стоявший рядом с великанами, только диву давался: надо же, сколько влезает в этого прошлеца! Но и Логи так же быстро опрокидывал в рот блюдо за блюдом. Наконец соперники сошлись, оставив на столе несметное множество пустой посуды.

– Он не победил меня! – вскричал Локи. – Я очистил столько же блюд, сколько ваш главный едок, о владыка великанов.

– Но ты очистил их не так хорошо, – сказал владыка.

– Локи проглотил все мясо, – сказал Тор.

– А Логи проглотил и все кости, – сказал великаний владыка. – Взгляните и убедитесь, что это так.

Они подошли к столу. На стороне Локи на блюдах лежали кости. На стороне Логи блюда были чистыми.

– Мы проиграли, Локи, – прошептал Тор.

– Завтра, Тор, – прошептал Локи, – ты должен явить всю свою силу, иначе великаны перестанут бояться могущества обитателей Асгарда.

– Не волнуйся, – ответил Тор. – Никто в Ётунхейме не победит меня.

 

На другой день Тор и Локи вошли в главный зал Утгарда. Великаний владыка уже сидел там в окружении своих друзей. Тор вступил в зал, сжимая в руках свой могучий молот Мьёлльнир.

– Наши юноши пили из этого рога, – проговорил владыка, – и предлагают тебе, о Тор из рода асов, глотнуть из него для бодрости. Но ты должен знать, что, по их мнению, никто из асов не способен опростать рог залпом.

– Дай его мне, – сказал Тор. – Нет в Ётунхейме рога, который я не мог бы опростать залпом.

Ему подали огромный рог, полный до краев. Вручив молот Локи и попросив его не отходить ни на шаг, Тор поднес рог к губам. Долго Тор не отрывался от рога и, когда клал его на землю, был уверен, что выпил все до последней капли.

– Ну вот, – выдохнул он, – ваш великанский рог осушен.

Великаны заглянули в рог и рассмеялись.

– Осушен! – воскликнул великаний владыка. – Загляни ка в него, Тор. Ты едва отхлебнул.

Тор заглянул в рог и увидел, что он не опорожнен и наполовину. В бешенстве он опять поднес его к губам. Тор пил, и пил, и пил. Затем, удовлетворенный, что опростал рог до дна, он бросил его на землю и отошел.

– Тор полагает, что опустошил рог, – сказал один из великанов, поднимая его. – Но посмотрите ка, друзья, сколько там еще осталось.

Тор подбежал и опять заглянул в рог. Он был полон более чем наполовину. Тор обернулся и увидел, что все великаны смеются над ним.

– О Тор из рода асов, – сказал великаний владыка, – мы не знаем, как ты покажешь себя в следующем поединке, но в искусстве пить ты великанам никак не ровня.

И молвил Тор:

– Я могу поднять и положить на обе лопатки любую тварь из тех, что здесь присутствуют.

Не успел он это произнести, как большая серебристо черная кошка прошмыгнула в зал и стала перед Тором, выгнув спину и ощетинившись.

– Ну что ж, тогда подними кошку, – сказал великаний владыка.

Тор подошел к кошке, полный решимости бросить ее в насмехающихся великанов. Он обхватил кошку руками, но не сумел оторвать ее от земли. Руки Тора поднимались все выше и выше, пока изогнутая спина кошки не коснулась перекрытий свода, однако лапы ее по прежнему стояли на полу. Напруживаясь из последней мочи, Тор услышал дружный хохот великанов.

Он обернулся, глаза его пылали гневом.

– Я не привык поднимать кошек! – вскричал он. – Приведите кого нибудь, с кем я мог бы сразиться, и я клянусь, что изничтожу его!

– Вот с кем ты можешь сразиться, Тор, – сказал владыка.

Тор оглянулся и увидел ковыляющую к нему беззубую старуху со слезящимися глазами.

– Это Элли, моя дряхлая нянька, – объяснил владыка великанов. – Вот та, с кем тебе предстоит бороться.

– Тор не борется с женщинами, а тем паче дряхлыми. Я предпочту схватиться с самым высоким великаном.

Старуха ковыляла к Тору, и ее глаза под седыми космами зловеще мерцали. В полном оцепенении Тор ожидал приближения жуткой карги. Подойдя, она сомкнула пальцы вокруг его предплечий и принялась оттаптывать ему ступни. Он попытался скинуть ее с себя, но понял, что ее руки и ноги крепче железных оков и столбов.

И начался нешуточный поединок между Тором и древней каргой Элли. Они кружили по всему залу, и Тор не мог ничего поделать со старухой. Ее ужасная хватка лишала его сил. Карга тянула его вниз, и Тор был бы повержен, если бы, припав на колено, не вцепился ей в плечи. Она попробовала опрокинуть его наземь, но тщетно. Тогда она отпустила его, заковыляла к двери и скрылась за ней.

Тор поднялся и взял молот из рук Локи. Без единого слова он покинул зал и пошел по улицам к воротам города великанов. Ни слова не сказал он ни Локи, ни Тьяльви, которые семь недель странствовали с ним по Ётунхейму.

 P/S

Когда Тор, Локи и Тьяльви приняли участие в организованных Утгарда-Локи состязаниях. Следует учитывать, что все они были как бы иллюзорными.  Локи и Утгард-Локи в своем собственном городе или стране, это один и тот же "персонаж"? Давайте допустим, что да и нет, но этот город  где-то за пределами обозримого мира. Ведь слово «Útgarðar» с древнеисландского переводится как «земля за окраиной» или «внешнее огороженное пространство». При этом в более ранних скандинавских мифах космогония иная, там Иггдрасиль включает в себя не девять миров, а всего три: мир богов Асгард, мир людей Мидгард и мир демонических существ Утгард. Собственно Утгардом и правил Локи, который позже стал именоваться Утгарда-Локи.

И когда сформированы три мира а не девять,  то есть включавшие в себя всю материальность, пусть изначально иллюзорную, но погрязшем в ней особо и нет разницы. Тогда в более тонких планах мира Локи состязался в обжорстве с огнём, а Тьяльви в скорости с мыслью Утгарда-Локи. Тор боролся со старухой Элли, представляющей Старость. Кроме того, Тор пытался поднять Ёрмунганда, которого Утгарда-Локи заколдовал, чтобы змей выглядел как большая кошка, а также пытался осушить рог, уходящий другим концом в море. Если  Утгарда-Локи предстает перед нами настоящим мастером иллюзий, то в более материально погруженных мирах Локи унаследовал мастерство хитрости, потому как настоящая иллюзия была ему уже не доступна. Локи обладает уже иными качествами и уже реально становится отделенным от Утгарда-Локи. Так и человек от бога отделен только иными качественными характеристиками. здесь можно и еще продолжить на тему: а что такое старость, что значит кошка и море но это уже ... Включайте свою фантазию.

 

Main page Contacts Search Contacts Search