Скандинвские обереги

Один и Волшебный Мед

После окончания войны асов и ванов, в память о воцарившемся мире, боги смешали свою слюну (первичный компонент, который способствует перевариванию пищи, сиречь размышлению о сути вещей) и сотворили из нее человека, Квасира, который получился необычайно мудр. И у него была еще необычайная особенность, он мог облечь свою мудрость красивым слогом так, что кому приходилось услышать ее, он тут же влюблялся в этот слог, впечатлялся им, и запоминал его.  

 

Но случилось так, что когда Квасир странствовал по свету уча своей мудрости других, встретил двух гномов (цвергов), братьев Галара и Фьялара которые позавидовав его уму замыслили недоброе дело. Хитростью заманили Квасира к себе в "дом" (дума-лка) (пещеру) зарезали выпустив из него кровь, после чего она смешалась с медом. Получился напиток поэзии и кто выпьет его, тут же становился поэтом или ученым. 

 

Соты - структура ума, мед- продукт переработки пыльцы с цветов мира. Пыльца - суть вобранная цветком корнями уходящими в землю. Кровь - сущность имени, мудрость - уравновешенное и гармоничное истечение накоплений знаний (в сотах) о сути вещей, что и есть поэзия мира.  

Теперь подумали они: "У нас есть кровь Квазира  и его мудрость. И никому не будет доступна его мудрость, как только через нас." Так они начали варить Волшебный Мед поэзии. Но сами братья-цверги не стали от этого мудрее. Когда асы прислали к ним гонца, чтобы узнать, отчего и как в их доме умер Квасир, Фьялар и Галар спокойно ответили, что мудрец не вынес груза своей учёности, чрезмерной для смертного.

Когда в голове руководят жестокость, подлость и коварство, то мудрости в такой голове уму никогда не достичь.

Убив человека, гномы стали все более и более смелыми радуясь своей безнаказанности. Они вышли из своих пещер и направились вверх в Ётунхейм, но для этого сначала спустились ниже, что бы пройти Мидгард, мир людей. 

 

Ётунхейм, мир, который конструирует материальный мир, впоследствии воплощенный структурой Нифельхейма. Но, Ётунхейм дает общие наброски. Нужна структура, которая дает детальную прорисовку. Эта структура непосредственно руководит производством материи миром - Нифельхеймом. Ведь одно движение состоит из множества мельчайших движений. "Большой ум", Ётунхейм не воспринимает мельчайших движений. Он воспринимает только одно, общее. Это как бескрайний океан, чтобы как то держаться на плаву нужен корабль, а передвигаться к цели фарватер - путь, в котором есть определенные картой лоцмана ориентиры, что бы добраться для суши - основания мира ... . Вспомните потоп, ковчег, голубя - разведчика в поисках суши ... .

Они вошли в Ётунхейм, и начали проявлять там свое коварство и злодеяние. Однажды братья замыслили новое злодейство: решили убить и ограбить великана Гиллинга, прослышавшего про их чудесный мёд и явившегося купить его. Пригласили братья великана вместе с его женой погостить у них. Зная, что Гиллинг не умеет плавать, они позвали его кататься с собой на лодке.  а затем они убедили Гиллинга грести к морю а там эти, хитрые гномы, направили лодку к скале в следствии чего лодка получила раскол и кто не умел плавать, был утоплен. Гномы же вскарабкались на куски лодки и добрались благополучно на берег. Жене Гиллинга цверги крикнули, что ее муж утонул, а когда та выбежала из дома, сбросили ей на голову мельничный жернов. Они были настолько восхищены своими злыми уловками, которые хотели бы играть еще и еще.

 

Все больше и больше гномы были в восторге от разрушения в следствии их решений и настолько обнаглели, что сочиняли песни и пели их, песни, в которых были все их хвастовство и бахвальство. 

 

Долго они оставались около Ётунхейма, мучая всех, кого они могли терзать, и льстить себе, что стали большими и сильными.  Однако у погибших великанов был брат, Суттунг. Он явился отомстить за своего брата и в отличие от него он был хитер, и он был лихоимцем. Врасплох захватил он убийц и отвез их далеко в море, на скалу, которая во время приливов скрывалась под водой.

 

Не хотелось Фьялару и Галару умирать, пообещали они великану отдать весь свой мед как выкуп за кровь его брата. Суттунг знал, что надежно спрятан цвергами мед поэзии, поэтому и согласился оставить им жизнь, если это сокровище будет отдано ему.

 

Сосуды с медом – их было три – Суттунг спрятал внутри скалы возле своего дома и велел охранять своей дочери Гуннлёд. Таким образом, что магический Мед, сваренный гномами с помощью жестокости и подлости, попала в руки великанов. 

 

Далее о том, как Один, Старший из Богов, в обличии Странника, изъял волшебный Мед из владений Суттунга и принес его в мир людей.

Гуннлед, дочь Суттунга, была красива и лицом и сердцем. Но Суттунг решил, что она должна быть хранителем Волшебного Меда, и очаровательную Гуннлед превратил в ведьму с длинными зубами как острые гвозди. Он закрыл ее в пещеру, где были спрятаны баночки Волшебного Меда.

 

Один услышал о смерти Квазира, которого он ставил выше всех мужчин смертных. А гномы, которые умертвили его он закрыл в своих пещерах, так что они никогда не были снова в состоянии выйти в мир людей. И тогда он отправился, чтобы получить волшебный Мед, что бы отдать людям, от дегустации, которого они смогут приобрести мудрость, и облачить в слова, которые можно было полюбить и запомнить.

Прибыв во владения Суттунга, приняв облик странника . Один пришел он на луг, где девять рабов косили сено. Видит Один, что тупые у них косы, и спрашивает:

– Не нужно ли вам косы заточить?

А сам уже точильный камень достал. Когда он привел их косы в порядок, захотели великаны, чтобы продал он им точило. Согласился Один.

Каждый из косцов хотел забрать себе точило, начали они спорить и браниться друг с другом, а повелитель асов подбросил тот камень вверх и отошел в сторону. Бросились великаны ловить точило, а косу ни один не бросил – вот и порезали друг друга насмерть.

А принадлежал тот луг брату Суттунга, Бауги. Пришел тот посмотреть, как работа идет, и видит, что все рабы его мертвы. Приуныл Бауги – где среди лета искать новых работников?

"Что мне делать, что мне делать?" сказал Бауги Великан. "Мои поля не будут коситься, и не будет сена кормить скот и моих лошадей в зимний период."

Тут подошел к нему Один и попросился на ночлег.

– Кто ты и откуда идешь? – спросил его великан.

–я странствую по свету, – отвечал Один, – а пришел из Мидгарда.

– А я – Бауги, брат Суттунга. Было у меня девять рабов, да перессорились они и перерезали друг другу глотки. 

"Я мог бы работать на вас," сказал Странник.

"Работа одного человека для меня не имеет смысла," сказал Великан, "тут работы для девяти человек."

Отвечал ему странник, "Я буду делать свою работу девяти мужчин," вы сможете в этом убедиться проверив меня ".

На следующий день странник вошел в поле Бауги. Он сделал столько работы, сколько девять Рабов сделали бы за день.

"Останься со мной в течение сезона," сказал бауги ", и я дам вам полную награду."

Плата мне нужна особая - сказал странник.

– Слышал я, что у брата твоего, Суттунга, есть бесценное сокровище – мёд поэзии. Положи мне за лето плату – глоток этого меда, и больше мне ничего не надо! – так сказал он.

– Что ты! Что ты! Да разве даст мне брат этого меда? Он ни с кем им не делится, для себя бережет.

– Как знаешь... Другой платы не возьму.

Вздохнул Бауги и пообещалстраннику, что попросит у брата глоток меда в конце осени, когда весь урожай будет собран.

Работал Один за девятерых все лето и всю осень, а зимой потребовал обещанной платы. Пошли к Суттунгу Бауги и его работник, стал великан просить брата дать ему глоток меда, чтобы расплатиться с «работником».

– Ты обещал, не я, – ответил Суттунг. – Не дам я ни капли меда!

Вышли из дома Суттунга хозяин и работник, молчит Бауги: стыдно ему. А Один ему и говорит: «Видно, надо искать окольные пути, если прямого нет».

Сначала спорил с ним Бауги, сулил разные сокровища вместо обещанной платы, а потом сделал вид, что согласен помочь работнику хитростью добраться до меда. На самом деле великан не хотел ни брата обманывать, ни с странником ссориться. Видел он силу своего работника и боялся его. Один давно уже приметил, в какой скале прячет Суттунг свое сокровище, но не знал, где находится вход в тайник. Чары, наложенные Суттунгом на камень, не давали просверлить в нем даже самое малое отверстие, но у Бауги имелся бурав, который мог преодолеть эти чары. Правда, великан попытался обмануть «работника»: сначала он пробуравил скалу не до конца, но Один подул в отверстие и увидел, что каменная крошка летит не внутрь скалы, а наружу. Тогда Бауги просверлил скалу насквозь. Он думал, что маленькая дырка никак не поможет работнику украсть мед, но вдруг с изумлением увидел, что тот обернулся крохотной змейкой и скользнул в отверстие.

Понял великан, что не человек был у него в работниках, и испугался, как бы весь мед не достался обманщику. Ткнул буравом в отверстие, но не попал в змейку – Один уже проник внутрь скалы.

Хотел Бауги позвать брата, да не посмел признаться брату, что помогал вору. Стал он стеречь дырку, надеясь убить таинственного странника, когда станет тот выбираться из тайника.

 

В могучей скале было полым место где все освещалось сияющими кристаллами в горной породе. И внутри полого места, смотрела ведьма, с длинными зубами как острые гвозди. Сидела она раскачиваясь и слезы капля за каплей постоянно точились из ее глаз. "Молодость и красота," пела она, "грустно, грустно для меня это, в взаперти, и что я замкнута в пещере в эту ужасную форму." Давно мечтала Гуннлёд о любви, давно ждала того, кому отдаст она свое сердце. 

Змея же в этот момент скользила по полу. "Ах, если твой укус был смертельный то ты могла бы убить меня," воскликнула ведьма. Змея проскользнула мимо нее. Затем она услышала голос говорящий мягко: "Гуннлед, Гуннлед!" Она оглянулась, и там стоял позади нее величественный человек, одетый в плащ темно-синего цвета, Одина, Старших Богов.

 

После того как Один принял свой настоящий облик и появился перед дочерью Суттунга во всем блеске своей мужественной красоты. Удивилась Гуннлёд, увидев незнакомца, но не стала ни кричать, ни плакать. Ей все равно было, откуда взялся этот прекрасный незнакомец. И вот он предстал перед ней. С первого взгляда дочь великана полюбила повелителя асов. Но она была умна и поняла, что не ради нее пришел в пещеру прекрасный незнакомец.  "Спаси меня от всего этого безобразия," закричала она. "Я спасу тебя," сказал Один. Он подошел к ней. Он взял ее руки и удерживая их поцеловал ее в губы. Все следы жестокого заклятья отошли от нее. Она больше не была согнута, а высокая и стройная. Ее глаза стали широкие и темно-синие. Ее губы стали красными и кожа бархатной и мягкой. 

 Гуннлёд ждала, когда он заговорит о меде, но Один на какое-то время почти забыл о нем. Ему так приглянулась девушка, что он искренне признался ей в любви и провел с ней в пещере три дня и три ночи. 

Она дала ему три фляги Волшебного Меда, и сказала ему, что она выйдет из пещеры с ним.  Тогда Один  своей мудростью нашел скрытые пути и проходы, которые вывели их из пещеры, и он так же вывел прекрасную Гуннлед на свет дня.

И он вынес с собой банки с Волшебным Медом, медовухой, чей вкус дает мудрость, и облачает ее в таких красивых словах, которые все любят и помнят. И Гуннлед, которая так же вкусила немного Волшебного Меда, бродила по миру  и своим пением восхваляя красоту и мощь Одина, и ее любовь к нему. Мед поэзии с тех пор был в веденьи Браги, скальда богов.

Конечно же это сказка по мотивам мифа, но сказка ложь да в ней намек... КВАСир; БРАГ(а)и; медовуха и общее БРОДИЛА а потом и пела. Ключи: алкоголь- спирт, спирт горит, горит и освещает - знание. После принятия состояние - "сейчас спою" - (песнь соломона, арджуна и кришна, эды, баянить и др.) 

Но есть другой вариант по мотивам младшей эды там Суттунг мстит не за брата а за родителей, что переводит его статус ступенью ниже. Гуннлед остается в пещере, а Один в образе орла доставляет мед асам случайно проглатывая глоток внутрь и через мочу медовый напиток достается большинству людей, а чистый получают только избранные, ниже он приведен.

Отрывок из пересказа скандинавских мифов, сделанный Е. Л. Кувановой

 

 

 

Лишь на четвертый день решил Один, что пора уходить, и попросил Гуннлёд отдать ему мед.

– Я знала, что недолго ты будешь со мной, – грустно сказала девушка, – но ни о чем не жалею. Я не могу отдать тебе весь мед. Что будет, когда отец обнаружит пропажу? За те три ночи, что ты со мной провел, возьми три глотка меда.

Как ни жалел Один девушку, но мед он хотел заполучить весь. Тремя глотками он осушил все три сосуда и нерешительно взглянул на отверстие в стене: он знал, что снаружи его поджидает Бауги.

– Любимый, ты думаешь, как выйти отсюда, – догадалась Гуннлёд, – Я могу провести тебя через потайной ход, которым обычно хожу сама.

Один почувствовал раскаяние и стыд: он читал мысли девушки и видел чистоту ее намерений. Ответить Гуннлёд он не мог – ведь мед был у него во рту – и поэтому просто последовал за девушкой, когда она вошла в подземный ход.

Они скоро добрались до пещеры, из которой можно было выйти наружу. Один обнял возлюбленную и, превратившись в орла, вылетел из пещеры. На его беду сам Суттунг решил в это время посетить свой тайник и подошел уже ко входу в пещеру. Увидев орла, великан сразу понял, что это не обычная птица. Многие великаны умеют превращаться в орлов, умел и Суттунг – он тут же изменил облик и кинулся вслед за Одином.

Быстрее ветра неслись по небу две могучие птицы, и второй орел не мог догнать первого, но и не отставал от него.

Когда Один подлетал к Асгарду, боги, уже давно ждавшие своего повелителя, стояли на крепостной стене. Увидев двух орлов, один из которых преследовал другого, асы сразу поняли, кто перед ними. Они догадались вынести на стену большую золотую чашу, и Один, пролетая над ними, выплюнул мед в чащу и влетел в окно ближайшего чертога. Он не хотел, чтобы великан догадался, кто именно из асов похитил мед, но Суттунг уже понял, за кем гнался.

В бессильной ярости кружился гигантский орел над чашей с медом. Асов было много и среди них стоял сам Тор, могучий сын Одина, самый опасный враг великанов. Орел улетел прочь.

Лишь насмешкой смог отомстить Суттунг похитителю меда: прислал он в Асгард слуг с вопросом, здоров ли жалкий человечишка Бёльверк или умер от страха. А дочь свою Суттунг навеки заключил в ту пещеру, в которой не уберегла она ни доверенное ей сокровище, ни саму себя.

Мед поэзии с тех пор находился у асов, а охранял его Браги, скальд богов. Смертные получают этот мед от Браги или от самого Одина. Лишь тех мужчин и женщин одаряют они поэтическим даром, кто обладает умом, воображением и благородным сердцем.

Но некоторые люди стали поэтами иначе. Говорят, что часть меда Один нечаянно проглотил, и она вышла из него тем путем, каким выходит и из человека любая выпитая им жидкость. В таком виде мед поэзии попал на землю, и люди, которым он достался, стали бездарными поэтами.

  

загрузка...
Main page Contacts Search Contacts Search