Память как инструмент познания

ПамятьНа земле существует множество мест, где можно найти камни или другие объекты с выгравированными на них изображениями. Порою это буквы, высеченные на камне в горах; буквы, которые на сегодняшний день не всем дано прочесть, и многие криптологи потерпели неудачу, в разгадывании этой «тайнописи». Но причина кроется в не замысловатых формах письма, которым пользовались древние, а в восприятии человека разгадывающего эту загадку древних. Эти наскальные записи сравнимы с записью в памяти тех состояний мироощущения, в котором пребывало человечество на заре своей цивилизации. И только человек, начавший изучать самого себя, свое состояние мироощущения, и причины этого, по цепочке следственных связей, нисходящей в далекую древность, постепенно начинает пробуждать свою память, которая так же содержит в себе и память предков.


Тогда воссоздав свои предшествующие состояния в себе, он может прочитать эти записи по их вибрациям, по атмосфере, по чувству, исходящему из них. Внешне запись или рисунок - это гравировка, тогда как внутренне они являются постоянной записью, говорящей записью, которая всегда выражает то, что было когда-то и кем-то, воспринято и ощутимо как настоящая реальность, что теперь для нас является нашим прошлым. И сегодня вряд ли кто будет отрицать тот факт, что на земле древних традиций можно увидеть бесчисленное количество мест, которые, можно сказать, воспевают легенду прошлого. 

В настоящем, книга мудрости этого мира – это белый фон и краска букв, в которых нет духа жизни. Ведь раскрытие мудрости - не в их сути, а за их пределами – в разуме и ощущении, изучающего буквы жизни. Книга мудрости этого мира – это результат, следствие, пришедшее из далеких времен. Книгой называется раскрытие. 
Человек может раскрыть то же самое в лесу, в садах в атмосфере деревьев, которые также выражают прошлое, те впечатления, что были даны им теми, кто сидел под ними. Мироощущение это резонанс с окружающим миром, некая вибрация, которая однажды сознательно или несознательно, кем-то, жившим там, кто отдыхал под этим деревом и размышлял над определенной мыслью, над определенным чувством, которые дерево вобрало и выражает, повторяет все снова и снова все то, что было ему дано однажды. 
Так же существует связь с другим миром, миром духовным, хоть там и не существует понятие времени, но память в нас все же осталась. Память не о прошлом, а о другом состоянии бытия, где восприятие основано не на поглощении, а на излучении насколько мы излучаем из себя наружу, настолько и воспринимаем окружающий нас мир. 
На уровне этого мира мы не можем раскрыть ничего истинного, поскольку в эгоистическом желании, это можно назвать инструментом нашего восприятия, мы в состоянии воспринять только то, что возжелаем, согласно нашим потребностям, и от этого зависит наше внутреннее впечатление от внешнего мира. Но что бы ощутить другую реальность, нам надо поскорее накопить впечатления, от мира иного, не основанного только на поглощении и использовании всего для своей выгоды. И когда они накопятся в достаточной мере, произойдет раскрытие.
Можно посмотреть и телевизор, там есть такие передачи, как «В мире животных» там видишь нормальные существа, которые действуют согласно своей природе, никогда не ошибаются, все, что в них заложено, они реализуют - нет у них никаких проблем, природа действует автоматически. И глядя на животных, можно увидеть «ангелов», то есть четкие, неодушевленные силы, которые воздействуют на них побуждая действовать определенным образом, не нанося ущерб природе в целом. Таким образом, можно хоть как то прикоснуться с натуральной природой, увидеть естественное воздействие Всевышнего, проявление Его в нашем мире, без всех тех язв, которые человек наносит своей деятельностью.


Конечно же, в любом другом мире мы тоже не постигаем ничего внешнего, а ощущаем только то, что находится внутри нашего желания. Но эгоистическое и альтруистическое желание или как было определено выше, инструмент нашего познания, впечатления, значительно отличаются друг от друга. В своем эгоизме я постигаю свои впечатления, переживания и происходящие во мне изменения только изнутри себя. А альтруистическое желание изменяется внутренне, но в соответствии со светом, находящимся снаружи, то есть начинаешь ощущать мир в своем многообразии, и постепенно в тебе самом начинают происходить изменения в соответствии с окружающим миром. Тогда как в эгоистическом желании постоянно пытаешься прогнуть мир под себя, но всегда остаешься бессилен перед стихией, якобы взбунтовавшейся против тебя природы. Напротив альтруистическое желание или инструмент восприятия становится все более и более подобным свету. Поэтому, несмотря на то, что мои впечатления и переживания внутренние, и я ощущаю только себя, но я ощущаю себя в чем-то подобным высшему свету, Творцу. Вот почему говорится: «По действиям твоим познаем тебя». В соответствии с тем, что происходит во мне, я познаю Творца, высшую силу. В этом различие между духовной и материальной книгой, между духовным и материальным восприятием. 

Мы, в своем материальном постижении, не можем совместить две противоположные вещи. И обычно мы достигаем согласия: если мы что-то ощущаем, воспринимаем эмоционально и чувственно, то наш рассудок, разум и рациональное начало в какой-то мере отключаются. И наоборот, если мы заняты расчетами, логическими рассуждениями и размышлениями, нам трудно совместить это с чувством. Эти понятия противоречат друг другу, их невозможно совместить. В любом нашем занятии в этом мире, то есть в эгоистическом восприятии, в эгоистическом ощущении, чувства и переживания не могут сочетаться с расчетом и разумом. Одно противоречит другому. Мы видим это в науке, и во всех остальных видах деятельности человека в этом мире. 

Но в духовном это не так. Желание выйти из себя наружу, которое производит расчеты, и свет, приносящий ему ощущение, соединяются вместе посредством экрана, который отталкивает все виды эгоистического восприятия, то есть только в себя (для себя). Они поддерживают и помогают друг другу, соединяются вместе для получения впечатлений, переживаний, постижений и расчетов, и действуют, как одно целое. Мы не можем себе даже представить, что такое возможно: я ощущаю, а мой рассудок только поддерживает и усиливает ощущения, а мои ощущения помогают мне понять расчеты, рационализм и существующую в них логику. 

Мы начинаем это понемногу понимать в результате наших действий, по преодолению в себе эгоистической природы. И ученые, занимающиеся квантовой физикой, тоже начинают понимать, что эти понятия не противоречат друг другу. Но это только те, кто видел, при более глубоком изучении, насколько разум и чувства в материи нашего мира становятся противоположны друг другу. Ученые сталкиваются с тем, что наблюдают, с одной стороны – частицы, а с другой стороны – волны, и не понимают, как одно связано с другим. Чтобы увидеть частицу, надо подумать о волне, а чтобы увидеть волну, надо подумать о частице, поэтому они не могут совместить одно с другим. 

Эти понятия, относящиеся к свету и желанию, к волне и частице, как следствию света и сосуда (сосуд это как бы емкость, в которую наполняется свет) в этом мире, в нашем восприятии, невозможно совместить. Это совмещается только тогда, когда человек, который видит этот свет и частицу, который постигает и ощущает в этом мире отдельно в разуме, и отдельно в чувстве, тогда он постепенно переходит к выходу из своего эгоистического восприятия. 

Когда мы переходим от поглощения к излучению, то есть если более грубо, от получения к отдаче, к служению миру, противоположные понятия соединяются, между ними исчезает противоречие, они подтверждают друг друга и становятся равными. Поэтому, чем больше увеличивается наш расчет выгоды, тем больше и мощней становится экран отталкивающий выгоду, но остается восприятие и постижение, тем больше усиливается ощущение света, пока не достигает уровня полного ощущения в свете, если иначе выразить то слияния со светом. Об этом написано: «Сердце понимает». То есть сердце, которое является инструментом восприятия, начинает понимать и соединять разум и сердце в одно целое.

Это пробуждает нас для другого поля мысли, то есть для того, что именно может создать в человеке эта связь. Это как в нашем мире тот, кто связан, имеет примесь того, с кем он связан, и вибрирует тем, с чем он связан, и вы всегда можете слышать, как это говорит в атмосфере человека, в его проявлениях, в его речи и действиях. Например: если человек, как бы счастлив он ни был, будет обладать мелодической темой горести, если он связан с кем-то, кто несчастен, так же наоборот, человек, однажды прикоснувшись к свету, несмотря на все свои недостатки, обладает особой темой, отчетливо звучащей для слышащих сердец. 

Очень важно с психологической точки зрения уметь различать эти связи в человеке и считаться с ними. Поскольку мудрый человек не всегда положителен по отношению к глупому, или добрый человек не всегда положителен по отношению к злому. Тот, кто положителен, не может всегда быть положительным; у него есть свое время, когда он должен быть отрицательным для изменения, и поэтому связь, конечно же, приносит человеку то, что получено им посредством контакта. Существует великая мудрость в высказывании, что человека узнают по его товарищам. На Востоке этому уделяют много внимания, особенно с духовной точки зрения. Для тех, кто ищет духовную истину, связь с друзьями на том же пути более ценна, чем что-либо другое в мире. Все приходит потом, но связь, товарищество, считаются первой и самой важной вещью.

Мир бесконечности или свет бесконечной степени напряженности, что относительно нас и является Творцом , наводит на мысль, что в мере бесконечности не только нет конца, но и нет такой вещи как смерть, что каждая вещь, каждое существо, каждая частица обладает некоей продолжительностью, потому что продолжается жизнь. 

Конец или смерть есть всего лишь изменение; следовательно, каждой мысли, однажды пришедшей на ум, каждому чувству, когда-нибудь промелькнувшему в сердце, каждому слову, однажды сказанному, и о котором, может быть, больше никогда не думали, каждому деянию, однажды совершенному и забытому, дается жизнь; и оно продолжает жить. Это подобно путешественнику в пути, держащему в ладонях семена и роняющего их на землю. Когда растения вырастают на этом месте, он уже не видит их; он просто роняет семена, и они остаются там. Земля принимает их, вода лелеет, а солнце и воздух помогают им расти.
Несомненно, что рождение и смерть, начало и конец — суть имена различных аспектов этой механической деятельности всей вселенной. Именно некий вид автоматической деятельности дает нам понимание того, что что-то начинается и что-то заканчивается. 
Человек боится смерти от неопределенности. Он страшится небытия. Почему он желает быть вечным? Потому что на самом деле точка в сердце, которая есть в нас, – вечная, и она говорит нам о вечности. Если бы в нас не было этой точки в сердце, как нет ее у животных, мы бы никогда не задумывались о бессмертии и не понимали бы, что это вообще такое. 

Мы бы не воспринимали свою жизнь в категориях – «начинается, протекает, заканчивается». Мы бы относились к ней, как животные: они рождаются, умирают, но не ощущают, не оценивают это с точки зрения вечности. В нас бы это не вызывало никаких эмоций. У животных есть привыкание, есть тоска, но нет оценки с позиций бессмертия, а у человека она есть только благодаря точке в сердце.
Подобная вещь встречается и среди домашних животных, тех любимцев, которые живут и участвуют в мыслях и чувствах через их контакт с человеком. По этому поводу тоже существует много суеверий, особенно относительно лошадей. Те же, кто знает секрет, очень тщательны в покупке лошади: помимо здоровья и породы, она должна обладать подходящими вибрациями. Очень часто лошадь хорошей породы и совершенного вида может оказаться приносящей несчастье. И причина этого в том, что разочарование кого-то, кто ездил на этой лошади, осталось в ней, записанное в ее сердце. Возможно, что состояние этого человека уже изменилось, но то, что вошло через него в лошадь, все еще продолжает действовать.
В физиологическом смысле человек ничем принципиально не отличается от животных. Он произошел от животного уровня. Когда-то мы были обезьянами, а затем развились и стали «современными обезьянами». Разницы никакой, если бы не заложенное в нас духовное желание – часть Творца, то состояние когда мы пребывали в свете, только не было в нас никакой осознанности, что и как, мы находились в нем на животном уровне, но память о нем все же продолжает действовать, возвышаясь над нашей жизнью. Если этот резонанс со светом пробуждается во мне, в моем сердце я становлюсь человеком, а во всем остальном остаюсь «обезьяной». 

Правда, это «обезьяна высшей пробы», она более сложна и более приспособлена к тому, чтобы выполнять человеческие функции. Но сама она подобна ослу, который везет на себе человека. Наше тело все-таки умнее и чувствительнее, однако добавки к животной ступени, которые есть у человека в этом мире, нужны ему лишь для одного: чтобы развиться и понять, чего хочет его душа. 

В тебе высветили духовную точку, которая вообще не относится к телу. Она останется, даже если заменить все части тела, и она хочет продвигаться к слиянию в вечности со своим истоком, а источник у нас один, потому и в книгах сказано, что мы одно целое «Создана одна душа, один человек».
Разве знание этого не заставляет нас быть ответственными за каждое совершенное нами движение, за каждую подуманную нами мысль, за каждое чувство, пришедшее к нам на ум или в сердце? Ни один момент нашей жизни не проходит зря, если мы только знаем, как использовать наше действие, как направить нашу мысль, как выразить ее в словах, как продолжить ее нашим движением, как почувствовать ее, так, чтобы она могла создать свою собственную атмосферу. Какая ответственность! Ответственность, возложенная на каждого человека, больше, чем ответственность короля. Кажется, будто каждый человек имеет свое собственное королевство, за которое он ответственен; королевство, которое никоим образом не меньше, чем любое известное нам, но несравнимо больше, чем все королевства земли.

Как может душа воплощаться на земле? Каким образом она живет? Есть ли у нее для жизни тело, ум, дыхание? Да. Первая вещь, которую мы должны знать — это то, что дыхание, приходящее прямо из источника, ищет тело, поместившись в которое оно могло бы функционировать. Это как мысль подобна телу, она приходит из источника как луч от света. И это делает мысль сущностью; она живет подобно существу. Так же и свет облачается в форму – тело, и у тела есть определенная задача, к выполнению которой оно стремится. Человек же, из точки своего сердца способен приподняться над телом, и он рождает мысль и за ней стоит цель, его стремление. Это когда в наше биологическое тело помещается духовный потенциал определенного личного векторного направления, более высший или более низший по своей величине. В соответствии с величиной и знаком этого потенциала душа и стремится к своему источнику, называемому «Творец».
Теперь представьте, когда человек не приподнявшись над телом, а действует только в угоду ему, и под влиянием момента выражает свой гнев, свою страсть, свою ненависть, а мысль выраженная в такой момент, также продолжает жить и следовать своей разрушительной цели.


В какой форме они существуют? В форме, данной им умом, он же в свою очередь может работать как на материальное тело, так и на духовные устремления. Душа принимает форму в этом физическом мире, форму, заимствованную из этого мира. Мысль также принимает форму, заимствованную из мира ума. Поэтому ясный ум может дать мысли определенную жизнь, четкую форму; смущенный ум производит неясные мысли. И можно увидеть истинность этого, разбирая содержание снов: сны человека с ясным умом — ясные и четкие; сны людей неясного ума — путаные. Кроме того, интересно, что сны художника, поэта, музыканта, того, кто живет в красоте, кто думает о красоте, — красивы; а сны тех, в чьем уме есть сомнение, страх или смущение, обладают тем же характером. 
Ведь что такое наше тело? Оно является лишь производным души. Все параметры, которые есть в душе, при нисхождении определяют тело: каким образом родиться, где, с какими качествами, в каком обществе, состоянии, какое образование получить, как и кем вырасти. Это все определяется именно душой. Знай мы душу человека, нам было бы понятно, почему он такой, а не иной. Мы бы в том числе знали каким образом помочь ему исправиться, дать правильное воспитание, и так далее. Проблема воспитания, взросления – самая главная у человечества.


И какое воспитание человек получит, как сформируется его ум , такие и мысли мы ощутим в мире; ум придает форму каждой мысли, и посредством этой формы мысль способна существовать. Форма мысли известна не только тому, кто думает, но также и тому, кто отражает мысль в своем уме и сердце. Таким образом, между людьми существует беззвучная связь: мысле-формы одного человека, отраженные в уме другого. И эти мысле-формы более могущественны и ясны, чем слова. Очень часто они производят б'ольшее впечатление, чем произнесенное слово, потому что язык ограничен, в то время как мысль обладает гораздо большим диапазоном выражения. Так же при посредстве мысли человеку доступна способность воображать.  

Воображение — это неконтролируемая мысль. Могут спросить: хорошо ли обладать сильным воображением? Хорошо быть сильным самому. Если человек имеет силу ума, тогда и воображение сильно, и мысль сильна, и сам человек силен. Но сильное воображение означает исходящую от человека силу, простирающуюся без его контроля. Поэтому сильное воображение не всегда многообещающе; желательна именно сила мысли. Но что такое мысль? Мысль — это самонаправленное и контролируемое воображение.
Мы говорим, что наш мир является воображаемым. Вообще мы всегда исходим из постижения человека. Если человек постигает реальность то это реальность, если он постигает ее воображаемой – является воображаемой. Определяет это именно человек, а не некто со стороны: например, какой-нибудь ангел или праведник, находящийся в Конце Исправления. Есть люди, для которых наша реальность абсолютно мнимая, однако они работают с ней, поскольку понимают, что речь идет об одном из этапов, которые человек обязан пройти. 

Точно так же мы не пытаемся развеять фантазии ребенка – что поделаешь, они – часть его мировосприятия. Малышам свойственны определенные детские ошибки в видение мира: ребенок боится, что за дверью медведь, он воображает себе всевозможные образы и персонажи, которые населяют его мир. Мы же, со своей стороны, не разрушаем мир ребенка, поскольку знаем, что относительно степени его развития это вполне нормально.
Потому человек, перешедший от одной реальности к другой, воспринимает прежнюю реальность воображаемой. Она воображаема относительно него, но не относительно тех, кто все еще находится на той ступени. Для них это, возможно, единственная реальность, ведь они никогда не переходили от реальности к представлению, то есть никогда не поднимались со своей ступени восприятия на более высокую.


Существует еще один очень интересный аспект в изучении природы ума: каждый ум притягивает и отражает мысли того же вида, что присущи ему самому. Если ум — это почва, то подобно тому, как на одном участке земли растут именно цветы, на другом — фруктовые деревья, а третий притягивает только сорняки, так и отражение, падающее с одного ума на другой, попадает именно на тот ум, который притягивает его. Это причина того, почему подобное притягивает подобное. Если разбойник или вор поедет в Париж, он непременно там встретится с вором. Он легко найдет, где живет вор; он сразу его увидит, потому что его ум стал приемником того же типа мыслей. Как только их взгляды встретятся, установится связь; их мысли подобны. Так же можно видеть в повседневной жизни, как подобное притягивает подобное. 
Память — это ментальная способность, столь же определенная, как и ум, записывающая машина, которая записывает все, что попадает на нее через пять чувств. То, что человек видит, слышит, обоняет, касается, пробует на вкус, записывается в памяти. Форма, картина, изображение, однажды увиденные, иногда остаются в памяти на всю жизнь, если это было хорошо записано памятью. В мирской жизни человек слышит так много слов в течение дня, и все же некоторые слова, записанные памятью, остаются на всю жизнь столь же живыми, как тогда. Так же и с музыкой. Если однажды человек услышал прекрасную музыку и она записалась в его уме, она остается навечно. А память — это такая живая машина, что вы можете воспроизвести запись в любое время; она там. Однажды испытанный хороший запах вспоминается; чувство вкуса остается; чувство прикосновения удерживается памятью.


Ученые говорят, что мозг может обрабатывать четыре миллиарда бит информации в секунду, а через сознание проходит лишь ничтожная часть из них. Что происходит с остальными битами? И почему человек не может весь объем информации удерживать в своей памяти?
В человеке раз за разом пробуждаются воспоминания, и он реагирует на них согласно требованиям окружения, полученному воспитанию, способности к преодолению тех или иных состояний. Все призвано к тому, чтобы провести человека через различные чувства и реакции, обусловленные его ощущением мира согласно своему развитию пока он не начинает стремиться к духовному. 
То есть, пока у человека не пробудилось сердце, его желание к духовному, к свету, то он просто проживает свою жизнь. Человечеству надо накопить впечатления о том, как они жили, страдали, радовались и т.д. Речь идет о подготовительном периоде, в течение которого эти впечатления должны прокатиться по всевозможным желаниям, чтобы люди, исходя из своего желания, ощутили процесс реализации своего потенциала.


Но выходя на другой уровень реальности, вдруг человек начинает видеть, что памяти нет! Если, согласно «записи», обязано пробудиться какое-то воспоминание, связанное со всевозможными предыдущими состояниями, то оно пробуждается, будто бы вспоминается нами, поскольку между всеми проходимыми нами эпизодами, кадрами состояний существует связь, при которой в том или ином сочетании строятся следующие кадры. То есть запись это ощущение определенного состояния, на основании которого, строится следующее состояние отличное от предыдущего, запись это инструмент восприятия, чем больше состояний человек переживает тем, больше он охватывает мир своим восприятием. Такой переход из одного состояния в другое нами ощущается как течение времени, а на самом деле и времени нет мы просто совершенствуем инструмент восприятия, и по этому мир который мы можем наблюдать снаружи постоянно изменчив, на самом деле изменения происходят внутри воспринимающего.

Это происходит не так, будто я просто извлекаю что-то одно из памяти, вспоминаю, а о чем-то другом забываю. Это работает по-другому. Все действует в очень предопределенной, достоверной, гарантированной форме, и человек продвигается только на основе того, что в нем пробуждается и включается в работу. Если человек сейчас должен что-то вспомнить, так как способен вспоминать предыдущие состояния, то эти предыдущие состояния в данный момент пробуждаются в нем. Однако его об этом не спрашивают, просто этого требует реализация текущей записи, или можно выразить, как инструмент изменил свою тональность, вступил в резонанс со следующей реальностью. 
Человек проходит все эти состояния, они существуют в нем, и ничто не исчезает. Ничто не исчезает! 
У человека остается запись – инструмент, при помощи которого он ощутит свое будущее. 

Можно встретить людей как бы оторванных от этого мира, их называют затворники или еще как, общество их не в состоянии понять , не у всех еще развит этот инструмент, но они пытаясь проявить участие стараются вернуть их в общество, общаться с людьми, жить более мирской жизнью. Это происходит от того, что пока еще люди не в состоянии ощутить то конечное состояние, в котором пребывает человек, и это состояние уготовано для всех, где все сливаются в одно целое в свете любви. 
В «памяти» можно найти секрет рая и ада. Как сказал Омар Хайям в “Рубайяте”: “Рай — это видение свершившегося желания, а ад — лишь тень горящей души”. Что это? Где это? Это только в памяти, в ощущении. А ощущение не есть что-то, скрытое в мозге. Это нечто живое и нечто столь обширное, что ограниченный ум не может постичь его; это нечто, что в себе является миром.

загрузка...
Main page Contacts Search Contacts Search