Скрытое знание

Мифы - это скрытое знание, ниспосланное людям "сверху", и осознать это знание люди, до некоторых пор, не могут, поэтому облекают его в мифы, сказки, побасенки, поговорки и наделяют их ИСТОРИЧЕСКИМ смыслом, что бы как то привязать их к реальности и к современности. Но было бы правильней не рассматривать мифы, как некую историческую последовательность, потому как мир мифа в не времени и пространства, это знание не имеющее границ. Для человека, обладающего мифологическим мышлением, миф — сугубо практическое знание, которым он руководствуется в реальной жизни. Слово «миф», древнегреческого происхождения, было многозначным: слово, беседа, слухи, рассказ, повествование, сказание, предание, сказка, басня. Близким по смыслу было слово «логос». Но постепенно «логос» приобрел, в современном сознании, значение аналитического подхода, рационализированного, осознанного понятия и даже закона, в то время как «миф» сегодня отправляет нас к более расплывчатому полю смыслов, насыщенному интуитивным, иррациональным и мистическим содержанием. И человеку обладающим мифологическим мышлением, миф помогает выстоять против прямолинейного рационализма, который стремиться поглотить в себя все, что попадает в поле его влияния.


На протяжении существования нашей планеты было много культур с мифологическими фигурами, выполнявшими функции посредников между непостижимым миром и миром рациональным. И нам не следует расценивать мифы, объясняющие мир, как продукт примитивного, исторически еще не сложившегося мышления. То, что мы рациональным образом познали на сегодняшний день, все же не объясняет тайну творения, но виденье людей в прошлом не ставило их в тупик. В их ощущении мир был изначально целым, и для них не существовало вопроса о сотворении мира, потому как они жили среди богов, с которыми и общались, для этого им не надо было возводить храмы и искать, там творца вселенной. Храмы появились намного позже, уже после появления мифов, как формы передачи знаний. И вот эти знания человечество начало поглощать уже рационально, мифы были взяты на вооружение законодателями для внушения толпе, для соблюдения законов и для выгоды закону. И объяснялось простолюдинам, что в мифах заключена история народов, деяния и подвиги героев, предков и т. д., пока народ не перестал в них верить.


После этого вплоть до эпохи Просвещения слово «миф» имело уничижительный оттенок. Им называли досужую выдумку, басню, сплетню или небылицу, не имеющую под собой никакого объективного основания. Переоценка мифа начинается с «Новой науки» Дж. Вико, а после романтиков, Эмерсона и Ницше закрепляется новое значение слова «миф»: «...Подобно поэзии «миф» тоже истина, или ее эквивалент, и с истиной научной или исторической он отнюдь не спорит- он дополняет их». Миф является истиной метафизической, выражающей высшие духовные ценности, так начали полагать мыслители тех времен.

Изучение мифологии началось в XVIII веке, но по-настоящему оно развернулось в XIX столетии. Единицы среди человечества, начали осознавать, что в основе мифа лежит некая привнесенная идея божественной цели, которой все подчинено, что мифология зарождалась в одном источнике, впоследствии распространилась среди разных народов, затем постепенно начала вырождаться, но по необъяснимым причинам в определенные этапы времени зарождалась вновь уже на новом витке своего развития. Тут явно стала просматриваться теория прогресса или эволюции, стал утверждаться поступательный характер мифологии, накапливающей новые ценности, без какой-либо утраты прежних.
Пример из славянской мифологии:

Вырезанная виноградная гроздь, полуптицы-полулюди, выписанные красками на синем фоне, сильно стертая славянская надпись с красными заглавными буквами — все это изображено на небольшой сосновой доске, прямоугольной дверце шкафа. В слоях древесины от времени образовались глубокие морщины, потускнели некогда яркие краски, поблек лазурный фон. Для нас это далекая и уже мало понятная старина. Но если внимательно вглядеться и чутко прислушаться, можно уловить тихий шелест рассказа о чем-то давно забытом, который ведут сказочные птицы, гроздь винограда и буквы древнего алфавита.
Одна из них: СИРИН Темная птица, темная сила, посланница властелина подземного мира в славянской мифологии. От головы до пояса Сирин — женщина несравненной красоты, от пояса же — птица. Кто послушает ее голос, забывает обо всем на свете и умирает, причем нет сил, чтобы заставить его не слушать голос Сирин.
Другая: АЛКОНОСТ Чудесная птица, жительница Ирия — славянского рая. Лик у нее женский, тело же птичье, а голос сладок, как сама любовь. Услышавший пение Алконоста от восторга может забыть все на свете, но зла от нее нет, в отличие от Сирина. Алконост несет яйца "на крае моря", но не высиживает их, а погружает в морскую глубину. В эту пору семь дней стоит безветренная погода.
Что может быть услышано человеком, чей взор устремлен на это многообразие символов, что может он воскресить в глубине своей души. О чем могут перешептываться две полуптицы, олицетворяющие собой две противоположности, одна увлекающая в подземное царство небытия, другая подымающая в поднебесье рая, но изначально в мире мифа нет противоположностей, мир представляет собой нечто цельное, просто один аспект представляет собой тьму, а другой свет, но в целом одно принадлежит другому. И как знак этого гроздь винограда, которая представляет не одинокий фрукт, а множество этого фрукта... чтобы мы усваивали различные аспекты одного и того же целого. Что, впитывая этот символ — каждую виноградину в себя, я буду расти и развиваться с каждым моим опытом.
Две птицы помещены лицом одна к другой, как будто они взаимосвязаны. Но в то же время их разделяет виноградная гроздь и каждая птица имеет свое место, строго очерченное аркой, то есть у каждой птицы свой небосвод. Расположение двух птиц по сторонам дерева, ветки, стилизованного листа — одна из наиболее распространенных символических композиций древнеславян-ского языческого искусства. Она идет от первых легенд о возникновении мира. В одной из них говорится, что среди бескрайних водных просторов, которые были началом всех начал, стояло дерево. От двух птиц, свивших на нем гнездо, началась жизнь на земле. Древо познания добра и зла, на котором взращивается плод жизни, после чего оно уже предстает как древо жизни, которое стало символом всего живого, а охраняющие его две птицы — символом добра и семейного счастья. Все изображение в целом означало жизнь и благополучие.
Но этапы предшествовавшие обретению жизни делятся на стадии, мир в восприятии разбивается на две противоположности, отсюда и две полуптицы, свившие гнезда, олицетворение противоположных сил, свойств, в миропостроении или иначе миропонимании. И вот эти две основные силы, эти два свойства где одно создало другое, они вместе и существуют одна сила, в другой силе. Одна сила света –создает на себя как бы оболочку, силу тьмы, желание иметь определенные блага, желание наслаждаться, тем, что исходит от света. Таким вот образом была создана практическая конструкция, она и есть все творение, и все, о чем говориться в мифологии, говориться о связи между ними. То есть, какие существуют между ними всевозможные отношения. Эта и есть вся картина мироздания, ничего больше нет. В начале единая сила разделяется: на желание впитывать (землю), и воду - желание орошать (отдавать), и эти два желания они находятся друг против друга, и только в меру сочетания между собой могут поддерживать жизнь. Ведь сама по себе земля это прах, только в сочетании с водой является плодоносящей. Так и Вещие птицы-девы, рожденные в глубине веков и сохраненные памятью народа, это песня радости и печали. Сирин и Алконост, одна против другой и взаимодействуют между собой. Человек же ощущает этот процесс на себе, все в нем смешивается, смешиваются состояния радости и печали, понимания не понимания, хорошего плохого, состояние запутанности из которого он входит во тьму, и когда человек проходит эти состояния в нем постепенно рождается ощущение света, ведь только из тьмы можно увидеть свет– состояние наполнения понимания, озарения, то есть жизнь и благополучие.
И весь этот процесс нашего восхождения вписывается в книгу жизни, о чем напоминает запись, на древне-славянском под рисунком образов. Запись, которая последовательно просматривается рассказчиком, того кто идет путями мудрости, облачая тайное в рассказ – мир проявленный. Ведь только с помощью букв жизни, мы можем писать истории, в которых нам предстоит сыграть свою роль в мире проявленном, и дать возможность в постижение тайн, тем кто следует за нами, все мы, говорим только о том, что видим, исследуем то, к чему прикоснется рука, только так осознаем неведанное, и темными буквами вписываем свои истории на белом листе жизни, для передачи знания следующим поколениям.

загрузка...
Main page Contacts Search Contacts Search